Freewaygrp.ru

Строительный журнал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Такая у нас работа пускать под откос поезда

Война порой сводит людей, но чаще разлучает навсегда

В июне 41-го в белорусском городе Речица 17-летняя Валя Кулага вместе с другими девчонками сдавала экзамены в педагогическом техникуме. 22 июня в воскресенье она с подругами шла с поля и увидела, что у радиорепродуктора столпился народ. В воздухе слышалось: «Война, война!». Никто не понимал, что происходит. Гомельская область в Белоруссии одной из первых попала под удар немцев.

С началом военных действий отец Валентины ушел на фронт, где позднее пропал без вести. Мать осталась одна с тремя детьми – Валей, Аней и маленькой Олечкой.

В августе 1941 года город Речица и район были оккупированы фашистскими захватчиками. Немцы устанавливали свои порядки. В райцентр прибыли служащие военной комендатуры, на территории сельсоветов появились волостные управы с бургомистрами из местных жителей, в волостях – полицейские участки. С помощью расстрелов и насилия оккупанты пытались приучить народ к покорности. Захваченную территорию немцы рассматривали как продовольственную и сырьевую базу с бесправной рабочей силой. Пригодную для работ молодежь стали увозить в Германию. Поезда в Речице стояли по несколько дней, пока заполнялись вагоны.

Когда в очередной раз немцы начали грузить молодежь для отправки в Германию, Валентина успела убежать в лес к партизанам, а вот её сестру Аню забрали. Одноклассник Валентины, попавший в десятники, сообщил, что Валю «сдал» немцам их бывший классный руководитель, который подался в полицаи. Вскоре одноклассник тоже бежал в лес, а вот учителя-полицая немцы сами за что-то расстреляли. Валя в городе больше не появилась, а её мама приложила немало усилий, чтобы среднюю дочь Аню не увезли в Германию. Она договорилась с одним молоденьким солдатом-немцем, который охранял вагоны, носила ему еду, подкармливала, чтобы «выкупить» дочку и спрятать.

За время оккупации в Речицком районе Белоруссии было уничтожено свыше пяти тысяч человек, многих угнали в Германию. В городе немцам оказывали сопротивление несколько групп подполья, на территории района действовали две партизанские бригады: имени Ворошилова и «Мститель».

Через болота – на фронт

У немцев было особо остервенелое отношение к партизанам, много хуже, чем к регулярным частям Красной Армии и к военнопленным. Дело в том, что партизаны, как правило, убивали своих врагов и практически не брали пленных – как и зачем с ними возиться в лесу? В схватках с оккупантами партизаны нападали дерзко, выбивали немцев и оккупированных сёл, пускали под откос их поезда.

По словам внука Валентины Дёминой, Николая Кириченко, бабушка, как и многие другие участники Великой Отечественной войны, очень мало рассказывала о том времени – слишком болезненные воспоминания. Но того, что лично занималась диверсионной работой, она не отрицала.

Однажды Валентина Игнатьевна поделилась с внуком историей о том, как их отряд прорывался через окружение карателей, чтобы примкнуть к партизанскому соединению. Шли тайком по белорусским болотам, они там достигают площади около 25 тысяч квадратных километров. В войну болота служили защитой местным жителям, которые знали, где проложены тайные тропы, где есть небольшие островки. Там и гражданские, и партизаны скрывались от оккупантов, потому что для тех, кто не знал этих болот, они были смертельно опасны. Немцы даже в ходе карательных экспедиций предпочитали туда не заходить.

«Бабушка рассказывала, что ночью, чтобы не замёрзнуть, они лежали в болоте, в торфе, над водой – только голова. При минусовых температурах воздуха торфяные болота не промерзают, но ледяная корка всё равно образуется. Партизаны периодически вставали, стряхивали лёд и снова – в торф. Так шли дни. Еды не было. Питались тем, что находили на болотах», — говорит Николай Кириченко, внук Валентины Дёминой.

Отряд сумел выскользнуть из оцепления, влиться в партизанское соединение, а затем – в регулярную 47-ю армию. В ноябре 1943 года Речица была освобождена войсками Белорусского фронта. Но сама Валя была уже далеко, с передвижным госпиталем она двигалась на запад по Европе.

В логове поверженного зверя

Со своим будущим мужем Николаем Дёминым Валя встретилась в конце 1944 года. Он служил в обозном подразделении, на подводах перевозил и продукты для полевых кухонь, и снаряды к артиллерийским батареям. Управляться с лошадьми помогала крестьянская закваска – до войны Николай, который был старше Валентины на 8 лет, успел отслужить в армии и окончить сельхозтехникум.

«Мама не рассказывала историю их любви. Это сейчас никто ничего не скрывает, советское и тем более военное поколение было очень закрытым. Да, познакомились во время войны. Да, мама и папа дошли вместе до Берлина, а потом вернулись в Речицу, чтобы расписаться. С фронта она уже приехала беременной моей старшей сестрой Зиной. Я и наша младшая, Раечка, родились уже в Казахстане в Петропавловске, куда наши родители переехали из белорусской Речицы», — вспоминает дочь Валентины Дёминой Людмила Кириченко.

Несмотря на немногословность в отношении рассказов о военных событиях Валентина и Николай Дёмины иногда рассказывали детям и внукам о том, что видели в Берлине. Когда Красная Армия вошла в Берлин, местные жители были очень напуганы. И это не удивительно, ведь геббельсовская пропаганда им постоянно внушала, что большевики их всех убьют. Когда берлинцы поняли, что это не так, настороженность и страх сменились в некоторых случаях своего рода приветливостью, некоторые горожане даже дарили подарки советским солдатам. Из Германии Валентина привезла две пары красивых платьев и позолоченный будильник, который долго хранился в семье. В то время квартиры у жителей Берлина не закрывались, замков не было. Советских солдат строго наказывали за мародерство, вплоть до расстрела. По словам Валентины Дёминой, которая бывала в гостях у простых немцев, её поражал «сумасшедший порядок» в квартирах даже в разрушенном городе и немецкая педантичность.

Но всё это было несколько позже, после капитуляции Германии. Война же для Вали закончилась так:

«Ночью мы вдруг услышали сумасшедшую стрельбу на улице, — вспоминала Валентина Игнатьевна. Бои в тот момент уже стихли, поэтому ночная стрельба всех нас всполошила. И вдруг к нам в госпиталь врываются наши солдаты и кричат: где спирт? все на улицу, победа! Такого гулянья, такой радости людей мы ни до, ни после не видели!»

Летом 1945-го Берлин, в соответствии с решениями Ялтинской конференции союзников, был разделен на 4 зоны оккупации: советскую, британскую, французскую и американскую. Тогда ещё союзники – они ходили друг к другу в гости, обменивались часами, изучали и сравнивали оружие, фотографировались…

Валентина и Николай Дёмины из Берлина на родину отправились через пару месяцев после Дня Победы.

Есть в семье Дёминых – Кириченко особая реликвия. Когда Валя в далёком 41-м убегала в лес к партизанам, бабушка повесила ей на шею свой крестик ручной работы, чтобы тот её хранил. Так и прошла с этим крестиком Валентина всю войну, от белорусских лесов и болот до Берлина. После войны, когда её дочь Людмила уезжала с мужем Анатолием Кириченко из Петропавловска в Кузбасс, Валентина Игнатьевна в свою очередь передала этот крестик дочери, уж очень было тревожно на душе, да и путь неблизкий. Сейчас этот крестик-оберег, которому более ста лет, носит внук Валентины Дёминой Николай Кириченко.

Читать еще:  Под откос как понять

У каждого свой крест

В отличие от ветви Дёминых, другой ветви семьи – Кириченко – выпала гораздо более трагическая доля. Почти все дядья Анатолия Кириченко, мужа Людмилы, с войны не вернулись…

Пётр Кириченко, который был разведчиком, пропал без вести в 1945 году. Николай Кириченко вернулся с фронта без руки. Иван Кириченко тяжело раненым попал в окружение и был расстрелян немцами в той самой белорусской Речице, откуда в 41-м бежала к партизанам Валентина Дёмина. Такое необычное переплетение судеб людей, которым война не дала стать родственниками.

О том, что Иван Кириченко был расстрелян именно под Речицей, узнали случайно. В 1956 году при работах в песчаном карьере наткнулись на человеческие останки. Был обнаружен солдатский медальон Ивана Кириченко с его данными и медальон медбрата из той же воинской части. Как рассказали местные жители, раненных красноармейцев фашисты согнали на карьер, расстреляли и запретили хоронить. Позже, украдкой, горожане смогли закидать убитых землёй и песком. Сейчас Иван Кириченко перезахоронен в братской могиле в Речице.

Не так давно общими усилиями в результате изучения материалов Министерства обороны семья Дёминых-Кириченко нашла и место захоронения деда Анатолия Кириченко – Гордея Петровича 1899 года рождения. Как выяснилось, он умер в декабре 1942 года в результате заражения крови после ампутации ноги. Захоронен на военном кладбище в городе Иваново под Москвой.

Анекдоты про вторую мировую войну

Анекдоты про войну иногда дают больше шансов осознать ее перипетии, чем некоторые бравые мемуары, не правда ли?

В начале второй мировой войны командир одного из гарнизонов в Африке получает сообщение:
«Объявлена война. Возьмите под стражу всех врагов в вашей местности».
Через некоторое время он шлет доклад об исполнении:
«Ваш приказ выполнен. Арестованы два бельгийца, три немца, один француз, четыре американца. Срочно сообщите, с кем воюем».

Сержант США проводит инструктаж перед высадкой на остров, занятый японцами:

— Во время преодоления прибрежной полосы опасайтесь акул и барракуд. На берегу смотрите, не наступите на ядовитую змею, их здесь много.
Не срывайте ягод и плодов — можете отравиться.
Не пейте воду из местных источников — можете заразиться тропической лихорадкой.
Кроме того, опасайтесь хищников и ядовитых насекомых.
Все понятно, вопросы есть?

— Есть, сэр. Скажите, а зачем нам отвоевывать у японцев такой остров?

Приходит к Сталину Поскрёбышев и начинает жаловаться на маршала Рокоссовского, что тот ведёт аморальный образ жизни: имеет жену, а в любовницах у него Валентина Серова, и т.д., и т.п.
— А как воюет товарищ Рокоссовский? — интересуется вождь, набивая любимую трубку.
— Воюет он прекрасно. Войска 2-го Белорусского фронта освобождают город за городом, одерживают одну победу за другой.
— Ну, хорошо. Идите!
Поскрёбышев уходит, а затем всё-таки возвращается.
— Так что же делать с Рокоссовским, товарищ Сталин?
Сталин подумал и произнёс:
— Завидовать.

В приёмной Сталина стоит маршал Жуков и ждёт аудиенции. Наконец, его запускают в кабинет вождя.
Спустя некоторое время, выходя из кабинета Сталина, Жуков ворчит себе под нос:
— Вот усатая сволочь! До чего страну довёл!
Поскрёбышев услышал это и тут же донёс Сталину.
Сталин вызывает Жукова.
— Вы кого это имели в виду, товарищ Жуков, когда говорили «усатая сволочь»?
— Я имел в виду Гитлера, товарищ Сталин.
— А вы кого имели в виду, товарищ Поскрёбышев?

Первые дни войны. В приёмной у Сталина толпятся генералы.
Проходя мимо, ни на кого не глядя, Сталин, кивая на одного из генералов, говорит:
— Расстрелять!
Генерал в шоке, но его никто не хватает, он едет домой, прощается со своими близкими, в доме у него плач, стенание, но никто за ним не приезжает.
Проходит ночь, другая, у генерала случается инфаркт.
Проходят месяцы, годы. У генерала второй инфаркт.
Наконец, война кончилась.
Приём в Кремле в честь Победы.
Сталин увидел этого генерала, подходит к нему и говорит:
— Вот видите, мы даже в самые тяжёлые времена для нашей Родины находили время для шуток!

Дневник партизана:
Понедельник — Выбили немцев из сторожки лесника!
Вторник — Немцы выбили нас.
Среда — Снова захватили сторожку!
Четверг — Немцы опять нас выбили.
Пятница — Пришел лесник-беларус и всех нас выгнал.

Из беларусского леса выходит обросший, одичавший партизан.
— Эй, бабка! Побыстрее убегай отсюда! Сейчас в деревню придут фашисты!
— Да ты что, милок? Война уж 30 лет как кончилась!
— Вот это да-а! А чьи же поезда тогда я пускал под откос.

1945 год. Урок в берлинской школе.
— Ганс, проспрягай глагол «бежать».
— Я бегу, мы бежим, ты бежишь, вы бежите, он бежит, она бежит.
— А «они»?
— А они наступают, господин учитель!

Фриц Дитрих! Вы обвиняетесь в том, что во время атаки русских побежали на запад.
— Господи боже, герр судья! Так ведь я догонял оберлейтенанта фон Граббе, чтобы ему сказать, что солдаты разбегаются.

Приходит бабка в военкомат.
— Дайте мне партизанскую медаль и льготы!
— А вы партизанили?
— Сама-то нет, а партизан снабжала — носила им сало, хлеб, молоко.
— Да, без жратвы не повоюешь.
— А как же! Они мне все «данке, данке».
— Так то ж были немцы!
— Немцы, немцы. Но из ГДР.

Два брата. Один в войну был полицаем, другой знаменитым партизаном, Героем Советского Союза.

После войны, тот, что был полицаем, отсидел положенный срок, вернулся, начал работать и у него начался стремительный рост карьеры. А тот, чтобыл партизаном, как был трактористом, так и остался.

И вот, тракторист спрашивает у брата-карьериста:

— Слушай, как же так? Ты в тюрьме сидел как полицай, а так растёшь! А я? Известный партизан, а дела всё хуже и хуже.

— Так у меня в анкете написано: «У него брат — известный партизан, Герой Советского Союза.» А у тебя что написано?

Сергей Никоненко: «Кому нужен сериальный конвейер?»

«Когда я семилеткой лежал в больнице с дизентерией, красочно описывал медсёстрам, как с мамой воевал и пускал поезда под откос», – рассказал «АиФ» актёр Сергей Никоненко, который отпраздновал 80-летие.

Читать еще:  Установка рельсового крана у откоса котлована

Сергей Петрович, расцвет вашей карьеры пришёлся на советское время. Сегодня многие ностальгируют по СССР. А у вас есть эта ностальгия?

Я значительную часть жизни прожил в советское время. У меня было бесплатное образование, бесплатное лечение. Сейчас тоже как бы всё это бесплатное, но вот мои близкие люди проходят лечение и вынуждены платить за один укол в глаз 27 тыс. росс. руб. Это как?! А что аптеки творят, как накручивают цены?! Поэтому и ностальгия по тем временам у людей появляется.

Как выживал в партизанах?

– Вы появились на свет в годы войны. Тяжело семье пришлось – с грудным-то младенцем на руках?

– Мы тогда оказалась на оккупированной территории. Папа нас отправил в свою деревню, которая располагалась между Вязьмой, Ржевом и Духовщиной – в самом эпицентре боёв. Море крови там пролилось. Как у Твардовского: «…ночи след кровавый в море вынесла волна». Более того, мы с мамой попали в партизан­ский отряд. Её там подстригли под машинку, чтобы вшей не заводилось. Она была и прачкой – на морозе бельё полоскала, и санитаркой, и поваром. В общем, выжили мы как-то.

А в 1948-м, уже после войны, я серьёзно заболел дизентерией. Врач тогда сказал маме: «Готовьтесь ко всему. Организм молодой, может, справится». И я справился. Когда болел, медсёстрам рассказывал, как мы с мамой воевали, поезда под откос пускали. Мама приходила в больницу, медперсонал на неё с удивлением смотрел, пытались узнать подробности. А она смеялась и говорила: «Конечно, он воевал! Но про поезд это он вам кино рассказывает!» В конце 1940-х много фильмов о войне было, я их смотрел и пересказывал.

А ещё мама умела гадать на картах. Я, наблюдая за ней, всё выучил и медсёстрам в больнице тоже начал гадать. Они потом сами просили: «Серёжа, погадай!» Я одной говорил: «Дальняя дорога тебя ожидает». Другой: «В казённом доме письмо будет тебя ждать. Смотри, вот твой друг, король крестей, а рядом с ним – пиковый валет, он по чёрной дороге идёт, он враг». Удивительно, но некоторые из них потом маме говорили, что мои предсказания сбылись.

– Это вы так актёрскую карьеру начинали?

– Сознательно я решил стать артистом только в 13 лет. А до этого так, поигрывал… В 1-м классе показывал интермедию Петрушки, а во 2-м был Снегурочкой. Мы встречали 1950 год. Школы тогда разделялись на женские и мужские. Девочек в нашей школе не было. 10-классника нарядили Дедом Морозом. А вот со Снегурочкой вышла заминка. Стали думать, кто же будет внучкой Деда Мороза. И тут один мальчик, Ваня Тихомиров, показал на меня: «Серёжа может быть Снегурочкой». А я был маленького роста, с большими ресницами. Мне эти ресницы накрасили, надели парик с парой косичек, корону, шубу. Мамы приходили на наши новогодние ёлки и очень удивлялись: «Девочка, а ты из какой школы?»

Позже я поступил в драм­кружок Дворца пионеров. Там ставили пьесу «По щучьему велению», где Емелю играл будущий режиссёр Лёня Нечаев, снявший «Буратино» и «Красную Шапочку». А я играл царя.

И с курсом во ВГИКе мне очень повезло, со мной учились Жанна Болотова, Лариса Лужина, Галина Польских, Лидия Федосеева-Шукшина, Николай Губенко, Евгений Жариков.

За что гоняли Шукшина?

– Как вам кажется, почему именно 60-е нам подарили такую плеяду звёзд?

– Была оттепель, особая атмосфера! Не всё, конечно, разрешалось. Есенина, например, нельзя было превозносить, но потом, с 1955–1956 гг., о нём заговорили как о гении. А в 1958-м 28 июля открыли памятник Маяковскому в центре Москвы. Мы с Витей Татарским пошли посмотреть. А там уже народ стоял, все ждали, что начнут читать стихи. Витя вышел, прочёл «Хорошее отношение к лошадям», затем я: «Закат пылал, в июль катилось лето». Следом за нами другие пошли. На следующий день мы снова там были и снова читали стихи. Нас уже узнавали, просили почитать. А на третий день приехали Евтушенко, Вознесенский, Рождественский. И много позже они стали рассказывать, как придумали традицию читать стихи у памятника Маяковскому…

– Вы же во ВГИКе подружились и с Шукшиным?

– Я поступил во ВГИК в ­1959-м, а Василий Шукшин в этот год заканчивал режиссёрское обучение. Ему предлагали ехать на Свердловскую, на Минскую студию, а он хотел остаться в Москве, говорил: «Я не затем сюда приехал, чтобы потом из столицы уезжать». После того как ему выдали диплом, в общежитие больше не пускали – не положено. Он то на вокзалах ночевал, то во вгиковское общежитие через окно залезал.

Как-то пришёл ко мне домой, посидели мы, он вздохнул: «Опять на вокзал надо идти…» Я ему говорю: «Вась, ну, хочешь, в чулане ночуй, там сундук есть». Мы жили в перенаселённой коммуналке, положить его в нашей комнате было просто негде. Вася сундуку очень обрадовался – всё лучше, чем вокзал и встреча с милицией. Шукшина гнали с Казанского, он переходил на Ярославский, гнали с Ярославского – шёл на Ленинградский, и так по кругу. Это сейчас Василий Шукшин – классик русской литературы, памятники какие ему стоят, что в Барнауле, что в Сростках! А у ВГИКа памятник – он сидит в телогрейке и кирзовых сапогах. Вот я таким его и помню в этих сапогах.

– Вы работали и с женщинами-режиссёрами. С ними сложнее или проще общаться?

– На нашем курсе год мастерами были Сергей Герасимов и Тамара Макарова, а педагогом назначили Татьяну Лиознову. Так вот, Герасимова мы уважали, Тамару Фёдоровну обожали, а Татьяну Михайловну боялись. Ей было всего 35 лет, но она на нас столько страха нагоняла! Разговаривала порой, как будто допрос вела.

Потом Татьяну Михайловну заменил Лев Кулиджанов. Это был добрейшей души человек. Если кто-то из студентов не очень хорошо работал, Кулиджанов лишь качал головой и говорил: «Ой, ребята, доиграетесь! Вставит вам Сергей Аполлинариевич клизму с битым стеклом». И как в воду глядел.

Герасимов вскоре обрушился на Женю Жарикова – тот зевнул на занятии. Дело-то молодое, может, лёг часа в 3 ночи, а рано утром уже нужно бежать на верховую езду в спортобщество «Урожай», мы все там занимались. С тренировки – бегом в институт. В общем, Женька не сдержался. А тут ещё и вся группа как-то не очень работала. Ну и досталось ему за всех. Герасимов кричал, что немедленно выгонит его из института. Накричался, ушёл, а Жариков – хоп – и в обморок упал. Мы его потащили в медпункт, а из дверей медпункта выходит Герасимов, за сердце держится – его валидольчиком в себя приводили.

Читать еще:  Записи длинного откоса пв

Когда «встанем с колен»?

– Вы же должны были попасть в труппу «Современника», почему не сложилось?

– Да, в 1964 г. меня пригласили играть в «Современник». Но в то же самое время поступило предложение на главную роль в венгерском фильме «Так я пришёл». Выбрал фильм – мне очень хотелось за рубежом посниматься.

– Считается, что 1990-е нанесли огромный урон нашему кинематографу и только сейчас мы, что называется, встаём с колен. А встаём ли или просто пытаемся копировать Голливуд?

– Сложно ответить на этот вопрос. Я читаю много сценариев, и большинство мне не нравится. Некоторые нахожу просто безнравственными: во имя чего такие фильмы снимаются? Только во имя денег? В сериалах я вижу, как недорабатывают драматурги.

У меня был опыт съёмок в 320-серийном сериале «Любовь как любовь». Полтора года – как конвейер. Ежедневно по 12 часов работы! Вечером выдают 25 страниц диалога, который надо зав­тра снимать. Конечно, качество кино упало! Так что я не знаю, встали мы с колен или нет. Сам я стараюсь это всё не смотреть. Включишь, бывало, телевизор, сядешь в кресло и засыпаешь. Современные фильмы – это точно хорошее снотворное.

О форуме

Positive Hack Days — международный форум по практической безопасности, который проходит в Москве ежегодно начиная с 2011 года. Организатор — компания Positive Technologies.

Программа форума

На PHDays выступают российские и зарубежные разработчики, ИБ-эксперты и хакеры, проводятся закрытые и открытые круглые столы с участием представителей государственной власти, CIO и CISO крупнейших отечественных и международных компаний, ведущих специалистов банков, телекоммуникационных, нефте- и газодобывающих, промышленных и IT-компаний, проходят мастер-классы и лабораторные практикумы.

Форум учитывает потребности всего сообщества и поднимает самые актуальные вопросы информационной безопасности:

  • инновации в области взлома информационных систем и методов практической безопасности,
  • подходы к информационной безопасности в эпоху интернета вещей,
  • защита критически важной инфраструктуры,
  • организация физической безопасности информационных ресурсов,
  • противодействие мошенничеству и киберпреступности,
  • выявление и расследование инцидентов информационной безопасности,
  • создание и совершенствование ИБ-продуктов,
  • развитие методов безопасной разработки программного обеспечения (SSDL).

Хакерские соревнования

Центральное место в конкурсной программе PHDays отводится прикладным испытаниям, в ходе которых участники могут продемонстрировать навыки взлома и защиты. На площадке форума традиционно проводятся конкурсы по взлому банкоматов, систем умного дома, камер видеонаблюдения, IoT-устройств, умных автомобилей и других объектов, а любой интернет-пользователь может попробовать свои силы в конкурентной разведке и других хакерских заданиях в рамках онлайн-конкурсов. За семь лет участники сбивали с цели ракетные установки, похищали деньги из банкомата, пускали под откос поезда, пробовали силы во взломе электрических подстанций и мобильной связи.

Главное соревнование PHDays — практическая игра The Standoff, в ходе которой профессиональные команды атакующих показывают, каким угрозам подвержены ресурсы любого крупного города, а команды специалистов по защите информации и экспертные центры безопасности демонстрируют эффективные методы противодействия. События на площадке максимально приближены к реальности, игровой полигон представляет собой масштабную эмуляцию городской инфраструктуры.

Неформальная часть

PHDays — это не только интересные доклады, мастер-классы и конкурсы по взлому. За кулисами технической программы проходят выставки достижений ИБ-индустрии, картин и арт-объектов, выступления музыкальных групп, развлекательные игры. А гостями форума, помимо хакеров и именитых экспертов, не раз становились писатели, художники, арт-изобретатели и другие творческие люди.

Самые яркие события за восемь лет форума:

  • Выставка картин с дополненной реальностью Алексея Андреева — художника из Санкт-Петербурга.
  • Галерея арт-объектов, среди которых были летопись PHDays, хакерский манифест, оптические инсталляции, а также интерактивные стенды — полюбившийся всем робот-говорун и программа «Брейнховен», с помощью которой можно услышать, как работает мозг.
  • Выступление рок-групп «Почему я не стал космонавтом», YesYes! и Positive Band.
  • Чтения киберпанковских рассказов «Взломанное будущее» создателями культовой радиоперадачи «Модель для сборки». С 2015 по 2017 год к PHDays был приурочен конкурс рассказов, итогом стало издание сборника с произведениями финалистов.

thrEat reSearch Camp

Пространство для технических сессий о современных киберугрозах и защите от них

#incident response #threat intelligence #threat hunting #OSINT #malware analysis

Несмотря на то, что исходно PHDays в большей степени был посвящен атакам, уязвимостям и техникам взлома, мы считаем жизненно важным уделять внимание и способам защиты от кибератак. С 2019 года на PHDays наравне с offensive-треком существует большой технический defensive-трек, который называется «thrEat reSearch Camp».

Эльмар Набигаев, заместитель директора экспертного центра PT ESC, представитель оргкомитета PHDays: «Кибератаки вышли на уровень первых лиц государств и стали актуальной повесткой любой компании. Но по-прежнему мало кто понимает, как эффективно с ними бороться. Наша площадка thrEat reSearch Camp продолжит служить местом обмена мнениями и знаниями об актуальных угроза и методах защиты от них».

thrEat reSearch Camp был задуман и реализуется экспертами PT ESC как площадка обмена знаниями для defensive-специалистов, где за несколько насыщенных дней форума PHDays российские и зарубежные эксперты могут рассказать о новых APT-группировках, поделится эффективными методами и инструментами выявления инцидентов, мониторинга дарк-веба и анализа открытых источников, разберут в деталях сложную малварь.

В общем, если коротко, thrEat reSearch Camp — это тот самый отдельный крутой defensive-трек на PHDays для докладов, посвященных темам incident response, threat intelligence, threat hunting, OSINT и malware analysis.

Расписание thrEat reSearch Camp 2021 можно найти вот тут.

Несколько слов о PT ESC

Expert Security Center (PT ESC) — это подразделение компании Positive Technologies, предоставляющее высококвалифицированные услуги мониторинга информационной безопасности, анализа и расследования инцидентов крупному бизнесу, предприятиям промышленности и организациям госсектора.

Более 17 лет опыта в анализе защищенности, расследовании деятельности круп¬нейших преступных APT-группировок, инцидентов и мониторинга безопасности крупных компаний позволили экспертам PT ESC выработать уникальные методы и подходы к построению практической безопасности.

Об организаторе

Positive Technologies — один из лидеров европейского рынка систем анализа защищенности и соответствия стандартам, а также защиты веб-приложений. Деятельность компании лицензирована Минобороны РФ, ФСБ и ФСТЭК, продукция сертифицирована ФСТЭК и «Газпромом». Организации во многих странах мира используют решения Positive Technologies для оценки уровня безопасности своих сетей и приложений, для выполнения требований регулирующих организаций и блокирования атак в режиме реального времени. Благодаря многолетним исследованиям специалисты Positive Technologies заслужили репутацию экспертов международного уровня в вопросах защиты SCADA- и ERP-систем, крупнейших банков и телеком-операторов.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector